Илья ЗАБЛУДОВСКИЙ

Иллюстрации к материалу на отдельных страницах, под соответствующими линками,

выделенными тексте голубым цветом

Любой путеводитель сообщит нам, что если мы заинтересованы увидеть настоящую готическую германию, то следует посетить маленький, прекрасно сохранивиийся со времен Средневековья городок Ротенбург на реке Таубер, с не меньшей определенностью путеводитель укажет нам адрес самого барочного германского города - Вюрцбург. Поищем эти города на географической карте. Удивительно, но Ротенбург и Вюрцбург почти сливаются, они расположены совсем рядом! Какие же исторические события, человеческие судьбы, движения идей и денег создали в самом центре Европы такие разные по форме и по духу места обитания людей? Попробуем в этом разобраться - и переберем горошины на тысячелетних четках европейской истории Франконский лес пологими склонами сбегает к неширокому еще, но уже полноводному Майну. Виноградники ровными рядами лоз расчерчивают невысокие холмы, мягкий солнечный свет наполняет мир, благоухающий скошенным сеном. Послеполуденная тишина германской глубинки, столетиями спорный кусок земли на границе Баварии и Франконии. Чуть более 30 километров (дневной переход) отделают друг от друга героев нашего повествования: пышный, почти столичный Вюрцбург и скромный ремесленный Ротенбург.

Конечно же, римляне не могли не основать крепость на крутом утесе под Майном, положившую начало двухтысячелетней истории Вюрцбурга. На смену римскому гарнизону пришли дружинники германских князей, их сменили чиновники Карла Великого. Отсюда Фридрих Барбаросса отправлялся в итальянские походы, а франконские герцоги столетиями укрепляли родовой замок Мариенберг.

Похоже, но на тысячу лет позже начиналась история Ротенбурга. Замок на берегу реки Таубер появился только в 1142 году, да и не столичный это был замок. Императоры из династии Штауфенов строят крепость, имеющую чисто военное предназначение. Когда спустя чуть более ста лет династия уходит с исторической сцены, городок, возникший вокруг ставшей ненужной крепости, получает гордый статус «вольного имперского города»...

И потекла веселенькая кровавая средневековая жизнь, почти одинаковая в обоих городах. Корчились на кострах ведьмы, оттачивали искусство пыточных дел мастера, артели каменщиков и резчиков возводили соборы и крепостные стены, ландскнехты вяло сражались друг с другом и с энтузиазмом грабили мирное население. Города-соседи оказались на перепутье европейских дорог и интересов. Франконские герцоги прочно утвердились на троне и не жалели сил и денег для обустройства своей столицы. Да и магистрат Ротенбурга заботился не только о безопасности жителей, но и о материальном выражении величия и богатства родного города.

Эти столетия были эпохой торжества готического стиля. Обнесенные крепостными стенами города не могли позволить себе широких улиц и просторных зданий. Домики городских жителей, тесно прижавшись друг к другу, сплетали извилистую паутину узких улочек. Соборы, освободившись от романской приземистости, устремили в небо стрельчатые окна, остроконечные башни и колокольни.

В Вюрцбурге, над мощами ирландского монаха Килиана, принесшего некогда христианство диким германцам Франконии, возводят огромный собор. Ротенбург в те же годы строит ничуть не менее впечатляющую церковь Святого Якова. А внутреннее убранство соборов магистраты обоих городов заказывают самому модному и дорогому художнику Германии - Тильману Роменшнайдеру, величайшему мастеру готической скульптуры.

До начала XVII столетия герои нашего повествования выглядят практически одинаково: схожие условия существования определяют схожие формы быта и построек, праздников и будней. Но отличия уже проступают, они определяются разной формой управления, разными средствами, разной идеологией. Вюрцбург, резиденция сначала герцогов, а затем и епископов Франконии, разделяется на правобережный комплекс замка Мариенберг и заселенный более простым людом низинный левый берег, над которым возвышается громада Святого Килиана.

Повинуясь веяниям моды, соображениям престижа и безопасности, князья-епископы постоянно перестраивают и укрепляют замок. На смену типично средневековому укреплению (стена и башня) к началу XVIII века появляется крепость, построенная по всем правилам фортификации Нового времени. А в городе изменения образа жизни проявляются прежде всего во внутреннем оформлении общественных построек - соборов. На смену готике приходит новый стиль - барокко, и внешне готические постройки наполняются новым содержанием.

Замок Мариенберг - мощная крепость, но он совершенно не годится для блестящей придворной жизни. И когда в 1719 году епископом становится Иоганн Филипп Франц Шенборн, ко двору призывают архитектора Бальтазара Ноймана. Он должен построить новый дворцовый комплекс, которому суждено войти в историю мировой культуры под простым именем - Резиденция. Всего двадцать лет понадобилось великому Нойману для создания шедевра, стоящего в одном ряду с Лувром и Шенбрунном, Версалем и Эскуриалом. Внутренние помещения дворца расписывает другой гений - венецианец Джованни Тьеполо. Самая большая в мире фреска над главной лестницей Резиденции включена ЮНЕСКО в реестр мирового культурного наследия.

Меняется и сам Вюрцбург - положение обязывает. На смену скромным кирпичным домикам приходят великолепные дворы вельмож и пышные дома зажиточных бюргеров, прокладываются широкие улицы, разбиваются парки и мощенные камнем площади, украшается скульптурами Старый мост через реку Майн. Город приобретает тот удивительный вид - парадный и немного вычурный, который позволит Гете назвать Вюрцбург «чистейшим образцом европейского барокко».

Совсем иная судьба у Ротенбурга. На протяжении столетий горожане не раз с оружием в руках отстаивали свою независимость. Ремесленники и торговцы хорошо знали цену трудовым талерам и тратили их рачительно и вдумчиво: никаких пышных дворцов, минимум роскоши. Узкие улочки, маленькие площади, вытянутые ввысь дома горожан и соборы - миниатюрное воплощение наших представлений о средневековом городе. И только городские укрепления даже сегодня поражают своей мощью. Бастион Шпитальбаштай - семь ворот, подъемный мост, двойной ход по крепостной стене - поистине неприступное оборонительное сооружение.

Но по иронии судьбы высокие стены не спасли Ротенбург от разрушения. В 1631 году имперские войска под командованием

фельдмаршала графа Тилли осадили город. Надежды на помощь союзников оказались тщетны, съестные припасы и вода были на исходе. Чтобы ублажить жестокого Тилли, ему поднесли местное вино в огромной кружке, вмещавшей более 13 обычных пивных «штайнов» (стало быть, около семи литров жидкости). Удивленный фельдмаршал пообещал пощадить город, если кто-либо из горожан сумеет в один присест осушить кружку. И тогда бургомистр Нуш выпил вино и спас Ротенбург.

Каждый год в праздник Троицы нарядно одетые ротенбуржцы пытаются повторить подвиг славного бургомистра. Справедливости ради следует сказать, что пока это не удалось никому. Но, как бы там ни было, город уцелел...

Окончание Тридцатилетней войны выталкивает Ротенбург на обочину европейской, да и немецкой истории. Городок превращается в типичное захолустье, жители которого меньше всего озабочены величием городского облика. Не до жиру - силы и деньги уходят на пристойное поддержание того, что уже давным-давно создано. И славный «имперский Ротенбург» засыпает на несколько столетий, пока немецкие поэты-романтики не откроют для себя и для мира удивительную красоту не тронутых временем средневековых башен и шпилей, узких окошек и покрытых плющом городских стен.

Два города - две судьбы. Стечение обстоятельств, рельеф местности и плодородие почвы, экономика и политика, психофизиологический склад людей, в решающие моменты оказавшихся у руля истории, - все это породило невероятное разнообразие материальной культуры, того, что Герцен называл «священными камнями Европы». Переживший подлинный расцвет в эпоху господства барокко Вюрцбург и застывший в готическом средневековом сне Ротенбург воплощают наше желание увидеть, ощутить и понять нечто, существующее лишь в единственном экземпляре. Такое желание естественно для людей, живущих в эпоху телевидения и Интернета, стандартного градостроительства и быстрого питания.

Но есть еще единственное и неповторимое. Как вкус вюрцбургских колбасок на берегу Майна, под нависающей громадой замка Мариенберг, как аромат таубергского вина, разлитого в уменьшенные копии кружки бургомистра Нуша на маленькой ратушной площади тысячелетнего Ротебур-га, как все чудом сохраненные историей приметы жизни минувших веков - материальное подтверждение непрерывности и вечности Бытия.

Впервые опубликовано в мае 2005 года в журнале "Мир путешествий""

Вернуться на страницу "ГЕРМАНИЯ"  

Вернуться на ГЛАВНУЮ

2008 © Copyright by "Саквояж". All right reserved.

Частичная или полная перепечатка материалов журнала разрешена  со ссылкой

на "Саквояж" с одновременным оповещении редакции  (info.sakvoyage@gmail.com).

При перепечатке в Интернете гиперссылка обязятельна