;

Илья ЗАБЛУДОВСКИЙ

Как в небольшой статье рассказать о стране, по площади и численности населения равной Франции, стране восьмисотлетней всеобщей грамотности, стране, терпевшей военные поражения, но никогда не бывшей ничьей колонией, стране, жители которой, упоминая монарха, искренне говорят «мой король», стране, название которой выбито на шасси собираемых здесь «мерседесов» (только в Германии и здесь!), стране самого высокого в мире буддийского храма Накхон Патхом и самой высокой в мире гостиницы - небоскреба «Байоке»?   

КАК ПРОНИКНУТЬСЯ МЫСЛЯМИ и чувствами людей, воздвигших на болотистой почве прибрежных лугов великой реки Чао Прая город, гигантские руины которого и сегодня потрясают размерами и гармонией? Средневековая Аютая была, наверное, самым большим мегаполисом XVII столетия. Около одного миллиона жителей столицы (в Париже в 1600 году проживало около ста тысяч человек) строили и торговали, молились и развлекались. Тысячи сверкающих золотом храмов принимали подношения паломников со всех концов буддийского мира, королевский двор удивлял европейских послов сложностью и великолепием ритуала, в портовых кабаках района Фаранг стук оловянных кружек заглушал португальскую, французскую, испанскую речь. Проносились войны, строились дворцы и храмы, плелись нити заговоров. И там, где сейчас ты снимаешь крышку с объектива фотоаппарата перед ошеломляющей перспективой трех священных башен храма Пра Си Санпет, четыреста лет назад греческий авантюрист Константин Фалькон, вознесенный случаем на пост первого министра короля Нарайи, создавал придворный этикет, до сих пор определяющий жизнь и поведение королей Таиланда. Материальное воплощение этого этикета ты увидишь поблизости от древней Аютаи в летнем королевском парке Банг Па Ин - эклектичном и по-детски трогательном салате из европейской, тайской и китайской архитектуры. И тронный зал, и лаковый китайский дворец, и мосты, украшенные итальянской мраморной скульптурой над каналами, кишащими рыбой, - все это сохранится в твоем фотоальбоме, но в памяти останется гигантская кожистая черепаха, лениво выползающая из пруда на мраморные ступени французского павильона в стиле барокко.

КАКИЕ СЛОВА передадут тишину и прохладу тикового леса на берегах реки Пинг, по которой скользит бамбуковый плот, и грациозные движении гребца из племени карен, перебегающего с носа на корму, упираясь шестом в галечное дно? Тишину нарушает легкое потрескивание веток под ногами твоего слона, осторожно спускающегося сквозь заросли по извилистой тропинке к воде. Ты уже чувствуешь себя на спине великана увереннее, а еще пару минут назад первые шаги слона вызвали у тебя легкий холодок в груди и осознание того, что вестибулярным аппаратом природа тебя не обделила. А когда цепочка слонов вытекает из джунглей на залитую солнцем равнину, ты осмелеешь настолько, что переберешься на место погонщика и, вцепившись в огромные уши, ударами пяток станешь направлять размеренный шаг серого гиганта. Твой путь в джунглях долог, тебя ждут лесные озера, покрытые ковром из лотосов, и горные деревушки со спутниковыми антеннами, тенистые террасы ресторанов над журчащими потоками и узкая тропа, ведущая в деревню одного из самых экзотических народов мира - народа па-данг, женщины которого носят на шеях медные спирали. Тебе еще предстоит узнать суть этого обычая, тебя ждут горы и водопады парка Дой Интханон, ты зайдешь в дома аборигенов, планировка которых не менялась с бронзового века. Таиланд дикой природы приоткроет перед гобой свои секреты. А пока пересядь со слона на бамбуковый плот и, лениво наблюдая грациозные движения гребца, ощути покой и тишину тикового леса на берегах реки Пинг.

ЧТО ВЫДЕЛИТЬ в искрящемся многообразии  пограничного городка  Мае Сай, забитого прилавками с диковинными фруктами и контрабандной электроникой, сверкающего витринами ювелирных лавок, у дверей которых жуликоватые ребята предлагают за бесценок горсти так похожих на настоящие рубины? Но ты не поддашься искушению быстрого обогащения, ты будешь продираться сквозь лабиринт антикварных лавок и в таинственной, просто диккенсовской полутьме одной из них ты найдешь свой,  заветный сувенир, без которого нечего и думать о возвращении домой. А потом еще долго будешь бродить среди торговой суеты, ощущая сладкое превосходство истинного искателя сувениров над снующими вокруг дилетантами.

ЧЕМ ИЗМЕРИТЬ мощь и ширину великой реки Меконг, протянувшейся от Гималаев до далекого Сайгона, разделяющей и соединяющей все страны Индокитая? Живописный городок Соп Руак примостился на крутом берегу, там, где сходятся границы Лаоса, Бирмы и Таиланда. С прогулочной набережной открывается вид на небольшой мыс на бирманской стороне. Это и есть знаменитый «золотой треугольник», отмеченный многометровой статуей Будды. Мутные, тяжелые воды Меконга несут огромные деревья, вымытые рекой из береговой кромки, а мимо них проносятся скоростные катера, набитые улыбающимися туристами. Руки пушественников сжимают сувениры из соседнего Лаоса: бутылки местного виски, настоянного на змеях и корешках женьшеня. А на таиландском берегу среди антикварных лавок и гор китайского трикотажа примостился двухэтажный деревянный дом с вывеской «Музей опиума». Где же еще быть такому музею? Ведь и сейчас, несмотря на все запреты, 70 процентов опиума в мире производят здесь, на этих идиллических склонах Бирманского хребта. Время от времени с бирманской стороны слышны глухие раскаты орудийных выстрелов - это правительственные войска проводят очередную операцию против шанов.

Горный народ шан контролирует местный наркобизнес, заявляя, что полностью прекратит производство опиума только после предоставления шанам государственной независимости. И тянется бесконечная разборка, материализующаяся в небольших пакетах опиума, увеличивающих свою стоимость в сотни раз при перемещении из «золотого треугольника» в Европу или США. А на таиландском берегу тишина - еще двадцать лет назад армия вычистила район от посадок мака, а взамен этой столь выгодной «сельхозкультуры» появились персиковые сады, виноградники, табачные и кофейные плантации. В Таиланде не производят и не продают опиум, гордо заявляют власти. Но необычайно ухоженные местные деревушки с роскошными виллами (садоводов ли?) и припаркованными «мерседесами» (виноградарей ли?) заставляют усомниться в этом. Неужели производство табака или персиков дает такие доходы? А может, это все тот же традиционный местный бизнес, дающий, страшно сказать, более 7000 (семь тысяч!) процентов прибыли?..

КАК ПЕРЕДАТЬ упоительное состояние азарту охватывающего тебя на ночном базаре Чанг Мая, среди гор поддельных часов знаменитых фирм и подлинных шелковых тканей, потрясающих тонким рисунком, среди толпы, где тайских лиц не меньше, чем европейских? Смело называешь цену в пять раз меньше запрошенной и настояв на своем, отходишь в сторону, не понимая, на каком языке только что так горячо спорил с продавцом. А вокруг тебя уже собралась группа невысоких женщин в удивительных нарядах племени акха, увешанных серебряными монетками. Они что-то мягко бормочут и протягивают свой товар: серебряные цепочки и браслеты удивительной красоты  позади них сверкают неоном витрины огромного компьютерного центра, одного из самых больших в Азии Проносятся мимо знаменитые чангмэйские тук-туки - и общительные водители на ходу предлагают тебе и извоз, и неземные услады в известных только им райских уголках. А над всем этим вещевым и человеческим океаном в темноте ночного неба на 600-метровом склоне горы мерцают огни храма Дой Сутеп, со смотровой площадки которого завтра утром ты увидишь огромную долину, застеленную лоскутным одеялом рисовых полей. Долина Чанг Май готовит для тебя полный комплект удивительных впечатлений. Под бамбуковым навесом, сидя на грубых скамьях амфитеатра, ты будешь с замиранием сердца следить за соревнованием в быстроте и ловкости между грациозной коброй и худощавым улыбчивым тайцем, и на твоих глазах из жутковатых зубов царицы змей в прозрачный стакан вытечет несколько капель смертоносного яда. Ты благоговейно застынешь перед ошеломляющим разнообразием парка орхидей, заставляющего усомниться в рациональности матери-природы. Ведь из чуть более чем тысячи видов этого растения в Таиланде растет 970 (девятьсот семьдесят!) видов. А в средине дня, когда жара с особой силой навалится на цветущую долину, на тенистой веранде над озером, овеваемый ветерком, вращающим! крылья огромной мельницы, ты попробуешь самое знаменитое блюдо Северной провинции - мясо, запеченное в бамбуковых листьях.

КАК ВЫРАЗИТЬ удивление, которое охватит тебя на ступенях театра «Алька-зар» после элегантного шоу, когда к толпе зрителей выйдут неправдоподобно красивые исполнительницы блистательных эстрадных номеров, и ты будешь фотографироваться с ними и узнаешь и все равно не поверишь, что рядом с тобой не прекрасные девушки, а мужчины-трансвеститы? На часах уже почти полночь, не веселая Паттая только начинает свою трудовую ночь. Ты пойдешь по набережной, залитой сверкающей сыпью реклам, мимо гигантских пивных баров, стриптиз-шоу, ночных магазинов, сквозь толпы зазывал, обходя группки самых дешевых пляжных проституток, ты направишься в самый центр кипящего котла развлечений на знаменитую Пешеходную улицу. Здесь фантасмагория огней и звуков достигает уровня нереальности. Кажется, еще одна лампочка, еще один звук - и произойдет взрыв. Но нет! Шум нарастает, становится нестерпимым: ты подходишь к старейшему в Паттае боксерскому рингу  Огороженный квадрат среди стали ков, заполненных возбужденными людьми, и два здоровяка в одежде, представляющей странную смесь традиционного тайского костюма и современной спортивной униформы, безбожно молотят друг друга руками и ногами под непрекращающуюся музыку, которую несколько музыкантов извлекают из инструментов необычного вида. А устав от шума и толпы, ты нырнешь в распахнутые Двери одного из десятков рыбных ресторанов и, пройдя вдоль прилавков, где на льду гигантские креветки, омары, лангусты ждут твоего указующего желания, пройдя мимо огромных аквариумов, в которых самые экзотические рыбы заняты тем же, окажешься на тихой, полутемной веранде, о каменный парапет которой плещется волна Сиамского залива. Его гладь расцвечена огнями джонок, катеров, плавучих ресторанов, а чуть вдали угадываются силуэты коралловых островов, где ты проведешь не один час в праздности и неге, на сверкающем песке, под кронами пальм - и шум их листьев, перебираемых легким свежим бризом, временами будет заглушать мелодичный стрекот цикад. А может, ты предпочтешь пронестись вдоль кромки прибоя на скутере или взлететь над волнами на парашюте, нагуливая аппетит. Ведь приближается время обеда, и в бунгало под крышей из пальмовых листьев смуглые улыбчивые девушки уже расставляют на длинном деревянном столе плетеные корзинки с крабами и креветками, мидиями и хрустящими, зажаренными в тесте бананами.

В тексте, который вы только что прочитали, много вопросительных знаков. Для автора поставленные вопросы - во многом риторические. Проведя много времени в Таиланде, он знает, или хотя бы надеется, что чувствует ответы на них. Но те из вас, дорогие читатели, для кого далекий Сиам лишь сейчас начинает проступать на контурной карте огромного мира, счастливее автора. Ваш Таиланд еще впереди. Вам еще только предстоит великое триединое наслаждение:

УВИДЕТЬ, ПОНЯТЬ, ПОЛЮБИТЬ.

Впервые опубликовано в сентябре 2005 года в журнале "Мир путешествий"

Вернуться на страницу "ТАИЛАНД"  

Вернуться на ГЛАВНУЮ

2008 © Copyright by "Саквояж". All right reserved.

Частичная или полная перепечатка материалов журнала разрешена  со ссылкой

на "Саквояж" с одновременным оповещении редакции  (sackvoyage@gmail.com).

При перепечатке в Интернете гиперссылка обязятельна